Боб Проберт. Тафгай: Моя жизнь на грани - WebreadWebread

Боб Проберт. Тафгай: Моя жизнь на грани

ТАФГАЙ: МОЯ ЖИЗНЬ НА ГРАНИ

Боб Проберт в соавторстве с Кирсти Маклеллан Дэй. Книга: “Тафгай: моя жизнь на грани”
Посвящается Дэни, любви всей моей жизни, и моим прекрасным детям – Броган, Тиерни, Джеку и Деклин.

Авторы, Дэни и еѐ дети выражают огромную благодарность Дэйву Уинхэму за любезно
предоставленные записи, интервью и прочие материалы, предназначенные для написания кни-
ги, собранные им с 1993 по 1995 годы совместно с друзьями и коллегами Боба Проберта. Не-
смотря на то, что Боб и Дэйв решили отказаться от написания книги, их труды и материалы
нашли своѐ место в этой книге.

ПРЕДИСЛОВИЕ ДЭНИ ПРОБЕРТ

Боб долгое время сомневался, стоит ли писать книгу и рассказать всю правду. Но, по ме-
ре того, как наши дети взрослели, о Бобе все чаще и чаще появлялись всякие небылицы в прес-
се. Это по-настоящему расстраивало Бобби. Он знал, что он не ангел, но он хотел рассказать
правду. Он упорно работал над книгой вместе с соавтором, Кирсти Маклеллан, когда его
смерть, 5 июля 2010 года, помешала его планам. Я видела, сколько уже было сделано, так что
дети и я решили исполнить его мечту.

Эта история Боба – такая, какую он хотел рассказать.
Я так горжусь тобой, малыш.

ПРЕДИСЛОВИЕ СТИВА АЙЗЕРМАНА

Я родился примерно на четыре недели раньше Боба, в 1965 году. Мы играли в юниорах
друг против друга. Он играл в Брентфорде, я – в Петерсборо. Нас обоих в 1983 году задрафто-
вал Детройт Ред Уингс и мы стали одноклубниками в сезоне 1985-86. Проби начал уверенно
шагать по лиге в сезоне 86-87, первом, в котором нас тренировал Жак Демер. Было очень вол-
нительно стать частью возрождения организации Красных Крыльев, а Боб был главной частью
этого.

На протяжении следующих восьми лет, мы многое повидали вместе, на льду и вне него.
Яркие моменты включают в себя две полуфинальные серии плэйофф против Эдмонтон Ойлерс,
ведомые великим Уэйном Гретцки. Проб сыграл важную роль в продвижении в плэйофф. Я
чувствовал себя значительно лучше, когда знал, что Боб приглядывает за мной.
Болельщики могут помнить его умение драться и забивать голы, но он был большим, не-
жели чем простым драчуном и забивалой. Боб знал игру. Он был интеллигентным игроком с
замечательным чувством хоккея. Для игрока с каменными кулаками, у него были необыкно-
венно искусные руки. Его умение паса, ведения игры и чувство гола слились в нѐм в единое
целое. Его очень уважали коллеги по цеху. Я помню свой вход в раздевалку на матче Всех
Звѐзд в 1988 году. Все великие, от Уэйна Гретцки до Марка Мессье, были там, и первое, что
они хотели сделать, так это встретиться с Проби. Помню, они подходили ко мне и спрашивали:
“Ты представишь меня этому здоровяку?” Хоккеисты его уважали. Не только потому, что он
был тафгай, но и потому что он был замечательный игрок.

Проби был очень популярным одноклубником и любимцем болельщиков. Его любили
все. Он был интеллигентным, одновременно ушлым парнем, быстрым на ответ. Он всегда лег-
ко сходился с людьми, хорошей шуткой или дружеской подколкой. Он словно озарял светом
раздевалку, входя в нее и говоря: “Эй, это я – громила”. На пике своей игры, он делал игру ве-
селой. Иногда он останавливался в середине драки, подтягивая шлем или же подмигивал мне
или Джерарду Галланту, подавая знак, что всѐ в порядке.
Он оставил след в сердцах каждого из нас. Неважно, кто – юный любитель хоккея, боль-
ной ребенок, служащий Джо Луис Арены, член твоей семьи – Боб всегда находил время ска-
зать: “Привет” и немного поболтать. Люди, встречавшиеся с ним в первый раз, всегда думали:
“Оказывается он – мировой парень”. Он нравился всем, особенно мне.

За напускным самоуничижительным юмором Боба скрывался по-настоящему заботливый
человек. Он был честен и верен людям, которые уважали его. Он был жестким хоккеистом и
бескорыстным одноклубником, делавшим всѐ для своей команды. У него было мягкое сердце и
добрая душа.

Пролог

ПОСЛЕДНЯЯ ГЛАВА

Каждый день Боб Проберт намеревался отправиться на озеро к 10 утра, но, казалось, ему
не удавалось никак попасть туда раньше 14:30. Это заставляло его всегда быть готовым к от-
правлению на озеро. Утром 5-го июля 2010 года, он съел немного хлопьев Mini-Wheats и при-
кончил хлопья Froot Loops, недоеденные десятилетней дочерью Деклин. У них в гостях были
тесть и теща, Лесли и Дэн Паркинсон. Дэн был шефом полиции в Корнуолле, Онтарио, городе
в восьми часах к северо-востоку, на реке Сент-Лоуренс. Лесли села позади него и процитиро-
вала Библию: “Знаешь, Боб, у Бога есть большие планы на тебя. Ты просто должен отбросить
всѐ, что тебя гнетѐт, снять ярмо и обратиться к нему. Его ноша легче”. Боб заглотил остатки
хлопьев с молоком, кивнул и ответил: “Да, я знаю, знаю, знаю”. Затем он выпил свою третью
Коку за день и в одиннадцать часов был у своей машины.

Ему нужно было заправить катер и зайти к доктору, так как у него кончились таблетки.
Иногда по утрам ему было трудно встать с постели. Семнадцать лет в качестве самого устра-
шающего энфорсера НХЛ не могли не сказаться. Ему было прописано принимать по три Ок-
сиКонтина в день, но он проглатывал по восемь – две с утра, две после ленча, две в обед и две
перед сном. Он высыпал их в колу, для того, чтобы растворить оболочку, затем, то, что оста-
лось, он высыпал в дорожку. Так лекарство действовало на него сильнее, на пару часов спина
переставала болеть, мышцы бедра не ныли, и он мог ходить без ощущения ножей, режущих его
колено. Он заполнял рецепт с количеством таблеток на месяц, затем отдавал его жене, Дэни.
Если он оставлял рецепт себе, то таблетки слишком быстро кончались. Когда Дэни уезжала ку-
да-либо, она прятала пилюли по всему дому. Боб звонил ей с утра, и она рассказывала, куда она
прятала очередную порцию таблеток на день. В понедельник она могла сказать, что они в си-
гарной коробке, во вторник – приклеены с оборотной стороны одной из картин. Это была хо-
рошая система. В конце концов, Боб хотел контролировать количество выпитого и наркотиков.
Дэни чувствовала его желание изменить свою жизнь, потому что дети выросли и теперь вполне
понимали, что происходит. Боб чувствовал себя ответственным. Годы терапии и реабилитации
также помогли.

Проби выкуривал по две пачки Парламента в день, в основном, в своѐм гараже на шесть
машин. Там уже больше не было места для других машин, потому что он был полностью забит
Харлеями, частично восстановленными классическими машинами и различными запчастями.
Семья Пробертов жила в доме своей мечты на озере Сент-Клер. Напротив них, через озеро,
стоял Детройт. Боб и Дэни отделывали дом, когда Боб играл в Чикаго, в 1999 году. Он получил
самый большой чек за свою карьеру, в то время – 1,8 млн. долларов в год. Дом был изысканно
отделан – восемь тысяч квадратных ярдов серого камня и чудесный двор с громадным плава-
тельным бассейном и беседками под дубами, кленами и грушами.

Боб ненавидел занимать деньги. Когда он платил за что-то, он платил наличными. Этот
дом не стал исключением – 3,5 млн. долларов. Он ценил искусство, любил картины. В семей-
ной комнате он повесил оригинал Виктора Швайко. В журнале Architectural Digest есть фото.
Каким-то образом он сумел убедить знаменитого русского художника врисовать номер 24 на
фасад маленького бара, доминирующего на левой стороне парижской сцены. Адрес совпадает с
его игровым номером. Но Боб никогда не мог радоваться тому, чего не мог разделить с други-
ми, так что он купил первую копию той же самой картины и подарил Лесли и Дэну на Рожде-
ство.

Боб всегда умел добиться от людей того, чего он хотел. Когда у него кончалась Кока-
Кола, он звонил матери, Терезе, жившей неподалѐку от Уинзора и просил еѐ встретиться с ним
в яхт-клубе с новой порцией газировки. У неѐ всегда было несколько упаковок в холодильнике,
припасѐнных для таких случаев. Он запрыгивал в свой катер Sea-Doo 200 Speedster и мчался по озеру в клуб. Его катер с двумя 135-сильными реактивными моторами вполне мог бы сгодиться
и для Бэтмена. Шесть метров в длину, гладкий узкий нос, алюминиевые поручни и громадные
крылья по бокам. Катер был довольно сложным в управлении, что только Боб знал, как с ним
управляться. Хотя он не был членом яхт-клуба, Боб сам причаливал, швартовался и открывал
дверь клуба, впуская мать внутрь. Если кому-то подобное не нравилось, то Боб лишь усмехался
в ответ и предлагал им не напрягаться. Никто не мог испугать Боба Проберта.
5 июля выдался очень жаркий денѐк. Температура ожидалась в районе 35 градусов по
Цельсию. Боб опять пожаловался на проблемы с животом.

Вместе с Дэни они недавно отметили 17-ую годовщину свадьбы. Дэни Вуд Проберт – не-
вообразимо красивая женщина, как с макияжем, так и без него. У неѐ умные зелѐные глаза, вы-
сокие скулы, точѐный подбородок и сияющие, тронутые солнцем волосы, спадающие на плечи.
Дэни уже две недели уговаривала мужа пройти полное медицинское обследование: “Ты должен
пройти его, помни о наших четырѐх детях”.

“Да, я знаю, Малыш, я знаю”, отвечал он.
“Я серьѐзно, Боб”.
“Я тоже серьѐзно, Вуд”, засмеялся он и поцеловал еѐ.

Потом он вышел к бассейну и сказал остальным готовиться к выходу. Он сказал, что вер-
нѐтся через пятнадцать минут, лишь съездит загрузится.

Боб сильно вспотел, пока подтаскивал катер к спуску на воду на судовой стоянке Падс
Плейс Марина, неподалѐку от дома. Он подумывал о постройке своего дока, с ним было бы
намного проще. Прежде чем он спустил катер на воду, он обнаружил, что тот не заводится –
сдох аккумулятор.

Он по быстрому домчался до дома, забрав двадцатиметровый удлинитель и зарядное уст-
ройство. По пути он зашѐл к своему приятелю Донни Кадариану, который тоже, как оказалось,
возился с катером. В беседе Боб заметил, что его подташнивает.

Пару “Кока-Кол” спустя, он вернулся домой, уложив зарядное устройство в багажник
машины Дэни. Дядя Дэни Пенни, живший с семьѐй и отец, Дэн, поболтали с Бобом. Оба заме-
тили, что Боб был не такой весѐлый и живой, как обычно. Боб взял с собой Тьерни и еѐ подругу
Сару с собой. Тьерни была его другом. Ей нравилось делать то, что он делал, включая игру в
хоккей. В конце июля ей исполнялось 13 лет, и она вытянулась уже до 177 сантиметров.
Боб вернулся к катеру и начал пробовать заводить его. “Давай, детка, давай, сделай это
для меня, давай”. Наконец, тот завѐлся.

Пенни стоял неподалѐку от озера и ждал возвращения Боба и детей. Наблюдать за ними
было всегда интересно. Боб на полной скорости мчался по озеру, закладывал вираж, огибая
большую скалу на севере озера, а затем подплывал к дому. На этот раз он остановился и крик-
нул: “Все готовы?” Но остальные не успели собраться и Боб, не желая глушить мотор, вновь
помчался по озеру, пообещав скоро вернуться. Иногда он уступал водительское кресло и штур-
вал кому-нибудь из детей. Боб был уверен во всех своих четырѐх детях, и он никогда не гово-
рил им “Нет”. Они могли попросить у него что угодно. “Могу ли я пойти домой к подруге?”,
“Да, конечно”, “Ты подвезѐшь меня”, “Без вопросов”. В конце концов, Дэни установила прави-
ло: ничего не спрашивать у него, потому что дети всегда знали, что ответ будет “да”.
Вскоре Боб вернулся за Джеком, десятилетним сыном, Дэни, Пенни, Дэном и Лесли. Они
посчитали спасательные жилеты, убедившись, что хватит каждому и решили отправиться на
восток, к причалу на Белль Ривер. Там был греческий ресторан, и Дэни хотела съесть салат.
Они редко плавали в ту сторону, но чем дальше плыть, тем лучше. Им нравилось на катере.
Дэни сидела позади Боба, пока они рассекали воды озера. Они были женаты уже семнадцать
лет, но ей всѐ ещѐ нравилось наблюдать за ним. Его мощные плечи с четкими рельефными
дельтовидными и трапециевидными мышцами. Когда он обнимал еѐ, она чувствовала себя за-
щищѐнной. Она покосилась на веснушки на его спине и подумала, что ему нужно помазаться
солнцезащитным кремом. Было ещѐ пара родинок, на которые и ему стоило бы взглянуть.

Они плыли уже минут десять, когда Тьерни, сидевшая спереди по левому борту, услыша-
ла какое-то дребезжание, доносящееся с носа катера. Боб попросил еѐ заглянуть в якорный от-
сек, чтобы убедиться, что якорь на месте. Всѐ было на месте, а дребезжание не утихло. Боб за-
глушил мотор. Они были в середине нигде, но Боб был уверен, что аккумулятору хватило вре-
мени зарядиться. Он вскарабкался на нос, убрал оттуда несколько вещей и снова завѐл катер.
Звук не исчез.

Перегнувшись через борт, он заметил, что черный резиновый кранец, идущий вдоль кор-
пуса катера, частично оторвался и болтался свободно. Поймать такое в двигатель совершенно
не хотелось, и Боб решил пристегнуть его на место. После того, как он заглушил двигатели,
Дэни взобралась на корму. Она не давала лодке наклониться, пока Боб вместе с Дэном вставля-
ли кранец на место. Сделать это было довольно сложно и требовало немало усилий. Им нужно
было крепко прижимать его пальцами, чтобы тот больше не отлетел. На протяжении этой ра-
боты, Боб свесился с одного борта, головой почти касаясь водной глади, заправляя носовую
часть кранца. Дэни попросила его быть осторожнее. Дэн в это время крепил кранец в средней
части катера. Затем Боб шагнул за спину своего тестя и начал работать ближе к Дэни.
Внезапно он резко выпрямился и пошатнулся. Он взмахнул руками, словно пытаясь
удержать равновесие. Лесли, сидевшая прямо за ним, решила, что он дурачится. Пенни и Дэн
повернулись к нему. Они подхватили его, когда ноги его подкосились, и он рухнул на води-
тельское сиденье. Губы начали лиловеть.

“О, Боже, с ним что-то не так”, – закричала Пенни. Она схватила его за запястье.
“Пульса нет”. Она повернулась к Дэну: “Попробуй ты”. Дэн был полицейским, так что
каждый год он сдавал тесты по оказанию первой помощи. Он попытался нащупать пульс на
сонной артерии. Не желая, чтобы это услышали дети, он прошептал: “Нет пульса”. Зажав Бобу
нос, он попытался сделать тому искусственное дыхание. После пары выдохов, губы Боба нача-
ли розоветь, но Дэн знал, что без непрямого массажа сердца не обойтись.

Дэни, следившая за тем, чтобы кранец снова не отвалился, услышала волнение на катере
и краем глаза увидела суету. Она повернулась к остальным: “Что происходит?”
В Пенни было всего 165 сантиметров роста и 52 килограмма веса, однако она нашла в се-
бе силы подхватить 109 килограммов веса Боба под руки и опустить его вместе с Дэном на па-
лубу, между водительским сиденьем и кормовой банкой. Она опустилась на колени, держа го-
лову Боба в своих руках. Тем временем, Дэни в панике набирала 911.
Дети стояли на носу лодки, всѐ время спрашивая: “С ним всѐ в порядке? С ним всѐ будет
в порядке?” Лесли молилась, стоя рядом с детьми, глядя на то, как еѐ муж пытается оживить их
зятя.

Дэн раскинул ноги Боба и начал попытки его реанимировать. Сначала сто качков в мину-
ту. Однако Боб не подавал никаких признаков жизни. Ни единого вдоха, а уши начали багро-
веть. Затем массаж вроде бы снова запустил дыхание. Дэн был уверен, что это как будто реа-
нимировать утопленника, в какой-то момент глаза Боба откроются, и он вернѐтся к жизни.
Дэни дозвонилась до службы спасения и объяснила оператору, что они только что мино-
вали маленький городок рядом с Уинзором – Пьюс, но сказать точнее их местоположение она
не могла. Она оглянулась вокруг, пытаясь не паниковать, но вокруг на берегу были только кот-
теджи. Оператор попытался успокоить Дэни, сказав, что они отследили местоположение теле-
фона. Дэни отдала телефон матери, попытавшись найти ключи от катера. В зажигании их не
было. Куда Боб их дел? “Где ключи?” – закричала она. – “Мне нужны ключи”.
Боба начало трясти, его голова болталась из стороны в сторону. Пенни не была уверена,
что он сказал: “Я не могу дышать” или пытался что-то сказать Дэни, но какие-то непонятные
слова сорвались с его губ.

Дэни нашла ключи, провалившиеся между спинкой и сиденьем кресла, и попыталась за-
вести катер. Как это сделать, она точно не знала, однако, она сумела запустить один мотор. Ли-
кующим голосом она крикнула Бобу: “Да, я сделала это, Малыш. Всѐ в порядке, я завела ка-
тер”. Пенни заплакала, увидев, как Дэни любит Боба.

Но ликование Дэни сменилось разочарованием, когда она поняла, что работает только
один мотор. На одном моторе нельзя было набрать скорость. Только Боб знал, как обращаться
с катером. Они медленно-медленно поплыли к берегу.

Дэн вспомнил, что недавно слышал на радио беседу с медиками, и один из них сказал,
что делать искусственное дыхание – это бессмысленная потеря времени. Вместо него рекомен-
довали сосредоточиться на непрямом массаже сердца. Кислорода в крови ещѐ достаточно и
главная цель – доставлять его к мозгу, не давая тому умереть. Так что, Дэн не прислушивался,
дышит ли Боб или нет. Главное – поддерживать кровоток до появления реанимации. “Давай,
Боб, борись” – шептал Дэн сквозь сжатые зубы.

Пенни обложила голову Боба холодными полотенцами и брызгала ему в лицо водой. Она
всячески подбадривала Дэна: “Отлично, Дэн. У тебя получается”.

Хотя дети ничего не видели за спиной Дэна, они начали истерить. Лесли продолжала
громко молиться и, в то же время, пытаясь определить их местоположение с помощью опера-
тора 911. Но вокруг была только вода и никаких заметных ориентиров. Она не имела никакого
понятия, где же они плывут. “Пожалуйста, скажите, откуда прибудет спасательная команда?” –
умоляла она оператора.

После этого, не в силах как-то помочь зятю, она схватила полотенце и начала размахи-
вать им, пытаясь призвать кого-нибудь на помощь. Она заорала в трубку: “Ты знаешь, кто тут
умирает на катере? Боб Проберт!”

Спасательная команда смогла прийти на помощь только через 20 минут. Всѐ это время
Дэн заставлял биться сердце Боба.

Тем временем, один плотник из Эмервилля, Пит Крейг, сидел в теньке и слушал свой
сканер. Он услышал, что Лесли упомянула имя Боба и позвонил соседу, у которого было свое
судно Yamaha WaveRunner.

Лесли услышала звук приближающегося судна и оглянулась. “О, Боже мой, кто-то при-
шѐл к нам на помощь”. Молодой человек в ярком спасжилете осадил своѐ судно рядом с их ка-
тером. “Спасибо, Господи, Вы – доктор?”
“Нет, Меня зовут Кай, я живу тут неподалеку. Мой сосед услышал вас на своѐм сканере.
Чем я могу помочь?”
“Я не могу запустить двигатели и я не знаю, где мы сейчас”. – Ответила Дэни. Тогда Кай
перепрыгнул на катер, а Дэни вскарабкалась на его судно. Он повѐл катер прямо к своему дому
в Эммервилле, сказав Лесли, чтобы та вызвала туда медиков. Завести второй мотор он тоже не
смог.

Лесли теперь забеспокоилась ещѐ и о своѐм муже. Он был крепким сильным мужчиной,
пятидесяти семи лет, но он уже пятнадцать минут без остановки пытался оживить Боба на
сильной жаре. Заметно было, как он устал.

По мере приближения к берегу, Дэн начал слышать сирены скорой помощи, а вскоре и
увидел их, стоящих у дока. Но жизнь потихоньку покидала тело Боба. Его дыхание стало со-
всем слабым, а за пять минут до берега оно и вовсе пропало. Пенни стала хлестать Боба по ли-
цу. “Я люблю тебя, Боб, мы любим тебя. Ты должен сделать это, просто посмотри на меня”.
Тьерни обняла Джека и Сару. Все трое рыдали. Они смотрели на своего отца, надеясь,
что он вновь вернѐтся к жизни. Когда Пенни начала хлестать его, они отвернулись. Секунду
спустя Тьерни вновь повернулась к отцу: “Папочка, я люблю тебя…” Еѐ плач отразился эхом
по воде.

На берегу спасатели быстро пришвартовали катер и дважды попытались оживить Боба
электрическим разрядом дефибриллятора. Из-за моментально собравшейся толпы Дэн не мог
видеть, что происходит, кроме того, что медики очень старались.

Лицо Боба совсем посерело. Пенни не хотела оставлять его одного, но она всѐ ещѐ надея-
лась, что он вернѐтся. Кто-то отвѐл детей под тень деревьев. Пенни нашла их, обняла и сказала:
“Давайте просто помолимся за вашего отца. С ним всѐ будет в порядке”. Потом она пошла к
Лесли и Дэни, стоящим неподалеку от медиков. На пути с ней тоже едва не случился сердечный приступ. Еѐ вдруг охватила сильная дрожь и удушье. Лишь через несколько минут она
смогла оправиться.

Дэни расшагивала по пляжу как пантера, часто вставая на цыпочки, пытаясь разглядеть,
что происходит на катере. Она пыталась вспомнить, когда они с Бобом последний раз занима-
лись любовью. Давно, но не потому, что они не хотели или пропали чувства. Она была с до-
черьми неделю за городом, потом вернулась на день, когда Боб улетел в Ванкувер на встречу.
Когда он вернулся, она вновь уехала в загородный дом. Просто не было времени. У них просто
не было достаточно времени.

Дэни вошла в воду, пытаясь обогнуть катер. Ей нужно было, во что бы то ни стало уви-
деть или услышать что происходит. Внезапно у неѐ все потемнело перед глазами. Она очнулась
под водой, и какой-то пожарный вытаскивал еѐ на берег. Она смогла встать, и он помог ей дой-
ти до Лесли. Та взяла полотенце и начала сушить дочери волосы, как бывало, когда Дэни была
ещѐ маленькой девочкой. Дэни посмотрела на нѐѐ и спросила: “С ним же всѐ будет в порядке,
правда, мама?”

Дэн стоял в воде у носа катера и ждал. Попытки спасателей оживить Боба продолжались
около получаса, прежде чем его погрузили в реанимобиль и отправили в больницу. Остальным
членам семьи также показали туда дорогу. На Боба нацепили кислородную маску, повсюду
болтались какие-то трубки. Дэни подошла и слегка коснулась его, пока его грузили в машину.
Дэн и Пенни забрали детей домой, а Лесли и Дэни поехали в больницу вместе с Питом
Крейгом. Пока Дэни сидела в комнате ожидания, она думала о будущем. Она надеялась, что еѐ
страх поможет Бобу. Может, он изменит своѐ питание, будет больше заниматься спортом. Од-
но оно решила точно, Боб будет проходить медобследование регулярно. Недавно он сказал ей,
что он сдал анализ крови, но кто знает, было ли это правдой? Она намеревалась сесть с ним и
предъявить ультиматум. Когда дело касается его здоровья, всѐ должно быть серьѐзно.
Вскоре после их приезда, к ним вышли медсестра и социальный работник. Сердце Лесли
ѐкнуло. Она вспомнила, как точно такой же дуэт с непроницаемыми лицами вышел к ним, ко-
гда в больнице умер их отец. Она обняла Дэни и усадила еѐ в кресло. Она знала, что следую-
щим из палаты выйдет доктор.

Пенни показалось, что прошла вечность, с тех пор как они повезли детей домой, а затем
отправились в больницу. Когда они были всего в пяти минутах езды от неѐ, зазвонил телефон
Дэна. Это была Лесли: “Он умер…”

ЧИТАТЬ КНИГУ ПОЛНОСТЬЮ

 

Картинки по запросу bob probert dead

ПАМЯТИ БОБА ПРОБЕРТА